Как перестать бояться чужого мнения?

Луций Анней Сенека

Сначала различи: чужое мнение не страшно, страшно твоё желание, чтобы оно было о тебе хорошим. Это желание ты вырастил сам, и только ты можешь его не поливать. Я сам не исцелился. Меня осуждали за богатство при проповеди бедности, и мне до сих пор больно, когда это повторяют. Но я заметил: толпа в бане шумит у меня под окном, а я читаю. Шум тот же, меняется только то, чему я отдал слух. Спроси себя о тех, чьё мнение тебя пугает: доверил бы ты им свои деньги, детей, лечение? Если нет, зачем доверяешь им себя? Сегодня вечером назови одного человека, чьё суждение о тебе тебе действительно дорого. Остальных отпусти.

Фридрих Ницше

Не начинай с вопроса «как перестать». Начни с вопроса: чьё мнение? Страх перед «чужими» почти всегда страх перед тремя-четырьмя лицами, а остальные только эхо. Назови их по именам, и толпа распадётся. Потом спроси, чего ты на самом деле боишься: что они ошибутся в тебе или что окажутся правы? Первое смешно. Со вторым можно работать. Я сам писал книги, которые почти никто не покупал. Одобрения не было, и выяснилось, что обходиться без него можно, только дорого: одиночеством. Платить за свободу придётся. Если цена кажется тебе чрезмерной, значит, ты пока хочешь не свободы, а чтобы тебя любили. Это честное желание. Только не называй его слабостью, называй его ценой.

Марк Аврелий

Чужое мнение лежит в чужой голове. Ты не можешь ни достать его оттуда, ни поправить. Тебе принадлежит одно: что ты делаешь и каким ты при этом остаёшься. Я двадцать лет терпел толки о себе. Сенат шептался, что я философ на троне и не гожусь для войны. Кассий поднял против меня легионы. Я не мог переделать ни тех, ни другого. Я мог только в этот день сделать работу как следует. Спроси себя: кто этот человек, чьё суждение так тебя пугает? Хорошо ли он судит вообще? Если нет, зачем тебе его приговор? И помни: через сто лет не будет ни его мнения, ни твоего страха, ни имён. Сегодня сделай одно дело так, как считаешь правильным, и не спрашивай, кто что скажет.

Сёрен Кьеркегор

Вы, наверное, ждёте приёма вроде «представьте их голыми». Приёма нет, и вот почему. Страх чужого мнения не лечится, пока вы хотите и нравиться всем, и быть собой: это два хозяина, а служить можно одному. Меня в Копенгагене высмеивал «Корсар», рисовал карикатуры, и мальчишки кричали мне вслед на улице. Я не стал бесстрашным. Я лишь понял, что толпа никогда не отвечает за мою жизнь, а перед концом я окажусь один, без неё. Так что выбор вот: быть замеченным или быть собой. Одно всегда стоит другого, и цена у каждого своя.

Мишель де Монтень

Я и сам не перестал, так что говорю как человек, который не вылечился. Когда я вышел в свою башню, то думал, что вдали от чужих глаз стану свободен. Но и там ловил себя на том, что пишу, оглядываясь на читателя. Тогда я сделал странную вещь: стал записывать о себе всё, что стыдно, — плохую память, страх боли, лень. Мир не рухнул. Чужое мнение страшно, пока оно неопределённо, а как только выложишь свои слабости на стол, оно теряет половину власти: нечего разоблачать. И ещё: те, чьё суждение нас так тревожит, сами сидят на собственном заду и думают о том, что о них скажут другие.

Вопросы, с которыми приходят люди, и то, как отвечают на них Сенека, Ницше, Марк Аврелий, Кьеркегор и Монтень — каждый по-своему.

Задать свой вопрос